Православный приход храма святителя Николая Мирликийского города Слюдянка

Украинский священник Михаил Жар, ставший отцом для 250 детей

«Я сам вырос сиротой. У меня было очень тяжелое детство, мне не было чего одеть, не было, что кушать. И я пообещал себе, что когда вырасту, буду бесплатно работать в детском доме. И на сегодня Господь исполнил это мое желанье», — отец Михаил.

Заветная детская мечта для украинского православного священника Михаила Жара стала во взрослой жизни не просто реальностью, а смыслом, делом всей жизни, веры. Он — человек, нашедший и реализовавший в добром деле свое предназначение, свою веру.

Первого ребенка, сына Ваньку, Отец Михаил, у которого к тому времени было трое своих детей, усыновил в 1992 г… 3-летний сирота, которого никто не хотел усыновлять, больной ДЦП, появился совсем неожиданно в жизни батюшки. Священник с матушкой навещали черновицкий дом малютки, увидев больного, никому не нужного мальчонку — батюшке стало очень жаль малыша и он его забрал. С Ваньки все и началось.

— Но не нужно бояться, что эти дети какие-то не такие. Все они у нас вырастают очень умными, добрыми и отзывчивыми людьми, – говорит о своих подопечных отец Михаил. – Моя мама умерла, когда я был маленьким и я сам рос сиротой. Было очень тяжело… И я мечтал, что, как только у меня будет возможность, буду помогать сиротам. Вот теперь я этим и занимаюсь.

В 1994 году отцом Михаилом и четырьмя монахами в Черновицкой области, в 24 км от Румынии был основан Свято-Вознесенский монастырь. И прямо в стенах только что построенного мужского монастыря был создан детский приют.

В двух километрах от монастыря, в поселке Мольница в 2002 году для детей были построены новые корпуса. Сейчас планируется строительство еще одного приюта. Монастырь и корпуса приютов построены, в основном, на деньги украинских спонсоров, известных на Украине людей, депутатов.

Сейчас у отца Михаила 250 детей. 170 мальчиков, 80 девочек. 29 – усыновленных, 3 – родных, для остальных он опекун (не хватило места в паспорте, но не в сердце). Все из разных уголков Украины и с разными судьбами. Большинство — круглые сироты. Много детей-инвалидов: с ДЦП, с отклонениями в умственном и физическом развитии, 39 из них инфицированы ВИЧ. Своего бородатого папу любят как родного. Дети ухожены, хорошо одеты и, главное — на их лицах — искренние улыбки и радость.

Истории усыновления и появления в монастырском приюте у ребятишек разные, сложные. Был случай, когда батюшка отговорил женщину от аборта — родившегося сына она оставила ему. Кого-то из малышей приносили родственники и просили забрать, так как, не могли справиться, кого-то просто подкидывали. Многих тяжелобольных и порой безнадежных детей отец Михаил сам забирал из больниц, из детских домов.

— После Ванечки забрал еще нескольких детей-инвалидов. Забирал в основном, безнадежных, больных, которых никто не хотел усыновлять. Поэтому, часто приходил в детский дом и говорил: «Есть у вас дети, которых никто не хочет брать в семью? Сколько? Беру всех!» И подавал документы, не зная, кого мне дадут, — отец Михаил.

Мальчику с необычным именем Нектарий и красивыми светлыми глазами уже десять лет. Когда, 6 лет назад, священник забирал тяжелобольного малыша с диагнозом гидроцефалия, ДЦП, артрогриппоз, врачи констатировали: протянет не больше двух недель. Но, вопреки всему, малыш, не просто выжил, но и для степени тяжести своей болезни проявляет много успехов. Мальчик подрос, и его голова больше не кажется аномально большой. Он узнает батюшку и матушек, улыбается гостям, в состоянии сидеть и держать ложку. Обычно такие пациенты не доживают и до шести лет. Видимо, вправду, любовь способна творить чудеса… Для врачей — это уникальный случай.

— Мы христиане, — твердят в монастыре. — А значит должны беречь всякую жизнь, данную Богом, какой бы сирой она ни казалась.

Из дома малютки отец Михаил забрал крошечную девочку, больную ВИЧ-инфекцией, которую сторонились все, а она с испуганными, заплаканными, голубыми глазенками настолько запала ему в душу, что он нашел место в сердце и в приюте и для нее. Через некоторое время, после пребывания в приюте монастыря — девочка оправилась от страшного диагноза. И еще несколько ВИЧ-позитивных малышей — исцелились — монахи считают это чудом, проявлением любви и силы Бога.

Четверых сирот, у которых умерла мама, настоятель забрал прямо с кладбища. Они стояли над свежей могилой, крепко вцепившись друг в дружку. Боялись: стоит им разнять руки, как их немедленно развезут по разным интернатам и больше они никогда не увидятся. Они даже в приюте держатся вместе.
Больная раком мать родила сына-калеку и перед смертью сама принесла младенца в приют. Глеб — слеп, глух и нем от рождения, страдает эпилепсией и ДЦП. Казалось бы — «живой труп». Тем не менее, хорошо чувствует теплое и доброе отношение к себе и откликается на ласку, обнимает других детей и всегда очень радуется отцу Михаилу.

15-летного Степку батюшка встретил в интернате, куда привозил подарки на Рождество. Безрукий парнишка выскочил наперед, прочитал трогательные стихи. Ходил за священником и матушками хвостиком. Когда те собрались уезжать, припал к отцу Михаилу: «Заберите меня отсюда! Пожалуйста!» Батюшка заплакал, обнял Степку и… увез с собой.

Несколько ребятишек просто сбежали из детского дома, где их даже никто искать не взялся, и попросились жить к отцу Михаилу. Священник связался с детским домом, где они были и переоформил документы на опекунство над детьми.

Братьев-сестер уже усыновленных отцом Михаилом детей с такой же сложной родственной судьбой — батюшка тоже забирал.

Дети живут в двух корпусах: для мальчиков и девочек. В одной комнате — 3—4 ребенка, отдельно — отделение для больных детей, к ним — особое внимание, чуткость. Здания корпусов — трехэтажные, со светлыми большими окнами, мраморными лестницами и оборудованными подъемами для тех ребят, кому трудно самостоятельно передвигаться. Каждый корпус — разного цвета: розовый, желтый, синий. Внутри — аквариумы с рыбками, везде — ковры, птички поют, светлые картины на стенах. Чтобы ВИЧ-инфицированные дети находились всегда под медицинским лечением и получали необходимое лечение, в приюте было создано детское отделение областного центра СПИДа. С детьми круглосуточно находятся 60 послушниц женского монастыря и 65 нанятых отцом Михаилом воспитательниц с педагогическим образованием.

приют

При монастыре организована воскресная школа. Ребятишек постарше обучают профессиям. В 2007 году сыграли первую свадьбу, поселили молодоженов здесь же, на территории монастыря, в отдельном корпусе (И специально для молодоженов строятся еще корпуса. «Чтоб у каждого была своя квартира», — говорит отец Михаил). Работают кружки, на которых дети обучаются музыке, пению, рисованию. Есть великолепная комната для занятий физкультурой с тренажерами, турниками, спортивными снарядами.
Несколько, уже подросших ребятишек, после окончания школы поступили в институты: на медицинский, на юридический факультеты.
В 2007 г. о жизни батюшки, детей в приюте и в монастыре снят потрясающий фильм «Форпост». Кинофестивалем «Встреча» признан лучшим документальным фильмом 2007 года. Автор сценария и режиссер киноленты – Михаил Шадрин. Великолепная режиссерская, операторская работа, фильм снят ярко, с душой и все без нравоучений, потому что и так ясно, что не каждый на это пойдет… Тем, кто собирается усыновить ребенка, да и просто, всем равнодушным и неравнодушным к проблемам и боли других — необходимо посмотреть этот фильм.

А, вообще, отец Михаил признается, что не любит давать интервью и считает слишком громким присвоенное ему в 2009 году звание «Герой Украины»:
— Смог бы я один вершить добрые дела? Никогда! Лично я звание присвоил бы монахиням, таскающим на своих спинах 20-летних парней-инвалидов. Я собирался переселить повзрослевших ребят из приюта в монастырь, но матушки расплакались: «Не лишайте нас спасения! Мы не сможем без них жить!» За годы приросли к калекам всей душой…

— Считается, что трое детей — это уже много, а у вас 250. Батюшка, возможно ли любить всех, как своих кровных?

— Наверное, мне никто не поверит, — вытирает слезу отец Михаил. — Прихожу в приют и теряюсь: кого первым целовать, обнимать? Все они сироты, никому не нужные, одинокие. Как же их не любить? За каждого сердце болит, и молюсь за каждого, никого не забываю.

Отец Михаил говорит, что никогда не просил детей называть его папой.

— Когда брал первых малышей, сказал, что я их старший брат, — рассказывает батюшка. — И они звали меня Миша. Потом взял еще несколько мальчиков из психоневрологического интерната. Такие несчастные, ножки-ручки закрученные… По дороге они радовались, игрались и вдруг притихли. Спрашиваю: «Что случилось? Не хотите к нам ехать?» «Хотим, очень хотим! Но… можно тебя папой называть?» Я не знал, что ответить. Какой я папа? Полчаса, как забрал их из интерната. Побоялся обидеть отказом. Да, говорю, можно. Они как закричат: «Ура! Наш папочка, родненький, спасибо!» От них другие дети переняли это слово.

— Дети наверняка ревнуют вас друг к другу. Как с этим справляетесь?

— Есть такая проблема, — кивает головой отец Михаил. — Беру одного на руки, а остальные малыши от обиды кусают меня за руки! Требуют: «Папочка, возьми на руки! Меня поцелуй!» По очереди поднимаю на руки, а когда устаю, сажусь на пол, и они все на меня наваливаются… Было такое, что мои родные дети приревновали к приемным. Однажды позвали меня и говорят: «Папа, ты больше любишь чужих детей, чем нас». Я объяснил так: вы — моя семья, мое сердце. Без вас я не смог бы любить других деток. Мы любим их все вместе, только вы этого еще не понимаете… Недавно моя дочь, студентка медуниверситета, сотворила любовью чудо. Когда привезли ВИЧ-инфицированных детей, один мальчик сильно ругался, дрался с детьми. Кричал мне: «Балбес, я тебя зарежу!» А что он говорил матушкам! Повторять стыдно. Я не знал, что с ним делать. Хотел отослать обратно, чтобы он не подавал дурной пример. Дочь расплакалась: «Не отсылай Максимку. Можно, я сама буду с ним заниматься?» Два месяца она играла с мальчиком, беседовала, ласкала. И случилось чудо: теперь Максим бежит ко мне со словами: «Папочка, я так по тебе соскучился!»

— Скажите честно, у вас есть любимчики?

— Ваша правда, есть, — сознается батюшка. — Больше люблю тех, кто болеет. Не могу без боли смотреть на инвалидов. За что им такой крест? Хотя братьям из монастыря запрещаю выделять любимчиков. Говорю: «Или всех любите, или никого». Многие братья крестили наших детей. Естественно, стараются радовать крестников подарками и конфетами. Этого я тоже не приветствую. Остальным ведь обидно!

Как в настоящей семье, дети часто прибегают к отцу Михаилу с просьбами. Младшие долго выпрашивали ролики. Батюшка купил всем — больше двухсот пар! Но где кататься? Взяли в аренду сельский стадион и построили там асфальтовую дорожку для катания.

Старший сын Ванька — уже взрослый, красивый 21-летний парень, от ДЦП почти не осталось следов. Батюшка назначил его на руководящий пост директора магазина при монастыре — справляется, правда, всю зарплату тратит на сладости любимым младшим братишкам и сестренкам. Мечтает поступить в медицинский и стать врачем.

— Взрослые дети приходят с другими просьбами, — улыбается отец Михаил. — Просят совета: «Папа, я влюбился. Что делать?» Разговариваем, как мужчина с мужчиной. Объясняю: это тоже от Бога, и это счастье.

— Выдали замуж, женили, и все — дальше сами?

— Бросать детей в дороге — большой грех. Они до смерти мои дети. Для молодоженов строим дома. Взрослых готовим для поступления в вузы. У них непременно должна быть профессия, чтобы не пришлось просить хлеба. В приюте их учат всему: работать в поле, готовить, шить. Это нужно, чтобы могли потом самостоятельно жить и учить своих детей. Сегодня, например, девочки учились варить борщ. Каждой выделили по кастрюльке, а я пришел снимать пробу. Всех нахваливал. Хозяйки, говорю, у меня растут!

— Мы не навязываем детям веру, наоборот: стараемся каждого направлять по зову его сердца. Наши дети каждый год отдыхают на море, в горах. Их обучают музыке, пению, рисованию. Мы утешаем детские души, а счастливы ли они здесь — судите сами…

У детей-инвалидов в глазах — жажда жизни. Конечно же, они хотят жить, как и любой человек… И не все люди понимают, ценят ту жизнь, которая им досталась. А ребятишки без рук, без ног, с другими тяжелыми диагнозами – жить хотят и говорят, что самое главное, что у них есть жизнь. Если честно, это грустно и жестоко… и то, что они говорят вызывает слезы, вероятнее, они просто не понимают всей тяжести своего состояния и готовы бы были отчаяться, но, как и все дети – чисты, наивны и абсолютную несправедливость принимать не умеют и отчаянно хотят верить в чудо. Батюшка, благодаря своему большому, доброму сердцу, своей самоотверженной, безграничной, искренней верой доказал им, что существует это чудо. И есть настоящая, нелицемерная доброта, бескорыстность, чистота, любовь на свете, а не только зло, несправедливость, жестокость, боль, страдания… И кто-то может просто любить, делать добро, не требуя ничего взамен. И, возможно, от осознания этого, цепочка несчастий, людского жестокосердия на этих ребятишках прервется, потому что кто-то однажды не ответил злобой, равнодушием, пренебрежением, так часто встречающимися в нашем мире, а протянул руку, накормил, одел, подарил любовь и стал добрым, заботливым папой, чего не смогли дать даже родные родители.

со свечкойДалеко не через каждого священника можно увидеть Бога, для этого и талант, и доброе сердце, и огромная сила духа нужны. Ему хочется доверять без вопросов, без смущений, всецело. Его искренняя улыбка, добрые глаза, абсолютно бескорыстное, доброе сердце, теплота и великодушность от которого чувствуется на расстоянии, растопляют лед любого сердца, тем более, детского. Дети любят отца Михаила, как родного отца и по-украински ласково называют «Тато» (папа), ликуют от восторга, завидев его, просятся на руки, целуют, обнимают, а он говорит, что живет ради этих детей, переживает за каждого и хочет, чтоб у всех все было хорошо и жизнь состоялась. Всех детей Отец Михаил любит и принимает как своих родных. И боль в душе за каждого воспитанника не прошла бесследно. Многодетный отец перенес 3 инфаркта, несколько операций на сердце, удаление раковой опухоли и химиотерапию. А ему всего 45 лет. Но он не останавливается и не унывает, потому что знает, что нужен детям и они ему очень нужны, и их любовь, радость, счастливые глаза, улыбки — для него лучшее лекарство, от общения с детьми Отец Михаил забывает про всю боль. Вместе с ребятишками он празднует свой и их дни рождения, катается на аттракционах, на американских горках, празднует свадьбы, сажает картошку, засеивает поля. И говорит, что с Божьей помощью надо еще много дел успеть и подарить семейный уют еще не одном десятку сирот.

Конечно же, такие люди — большая редкость, в нем бесконечно много тепла, чистоты, силы, любви, огромное доброе, неземное сердце. И хоть и так ясно, что не каждый на это пойдет, все же — многих людей, смотревших «Форпост», слышавших о добрых делах священника, видевших его лично — наш герой просто не смог оставить равнодушными, своим примером вдохновил на совершение добрых дел, передал частичку своего позитива, своей любви к детям и к людям, искренней веры в Бога.

И пусть для тех, кто собирается усыновить ребенка или уже усыновил и для всех остальных, эта реальная, но почти сказочная история и пример бескорыстной любви и искренней веры человека, творящих чудеса, ставящих на ноги и излечивающих от болезни искалеченных жизнью детей — будет в помощь.

Ссылка для бесплатного скачивания фильма «Форпост»: http://kgs.ru/forpost.avi

В статье использованы фрагменты интервью со священником Михаилом Жаром украинской газеты «Факты и комментарии».

 
 

источник

Назад к списку

(504)