Православный приход храма святителя Николая Мирликийского города Слюдянка

Необычный театр для необычных детей


Иллюстрация

На Рождественском спектакле в интернате для детей с особенностями психофизического развития гостей не ждали. Спектакль только для своих: для воспитанников интерната и медперсонала. Я впервые оказалась в стенах детского интерната. Тяжело, честно признаюсь… Слезы проступили на глазах… Но это была минутная слабость… Вдруг появился Дед Мороз с длинной бородой, посохом и мешком сладостей, ребята заулыбались, а вместе с ними и я. Не представляете, какое счастье видеть улыбки этих детей! Им так не хватает простой заботы и ласки со стороны взрослых!

Меня мучил один вопрос: кто же скрывается за маской Деда Мороза? Оказывается, это всем знакомый и всеми любимый Александр Жданович. Он же Маляваныч из программы «Калыханка» на телеканале ЛАД и актер Национального академического драматического театра имени М. Горького.

В интернате Александр и его жена Людмила частые гости. С детьми они разучивают песни, ставят спектакли. Для детей Александр не известный актер, а просто Саша, который приходит, чтобы подарить им радость.

На Рождество Александр поставил для детей праздничный спектакль, события в котором происходят одновременно и в наши дни, и 2000 лет назад. Семья, похожая на многие семьи современного общества, бегает по шумным улицам города в поисках продуктов к праздничному столу, елки, подарков… И в этой суете родители забывают о своей дочери. Девочка загрустила, но ее утешил Ангел. Он пришел к ней с Небес и рассказал историю Рождения Спасителя, свидетелями которого были разные звери: Ослик, Бычок, Овечка, Шакал, Лев. Но самое главное, о чем поведал Ангел девочке, это то, что самый лучший подарок — это любовь. Его не купишь ни за какие деньги. Любовь, как известно, бесценна.

Действие получилось увлекательным и живым. А как актеры сыграли! Никогда бы не подумала, что люди, с которыми ты встречаешься на послушании — Виктор Соботович, Олег Коваленко, послушница Ирина (Гельман) — могут быть такими хорошими актерами! На монастырских послушаниях они всегда строгие и серьезные. Роль дочки сыграла Света — девочка из интерната. Поверьте мне на слово: не каждый взрослый так сыграет как она.

Сложно словами передать атмосферу праздничного спектакля, которая царила в актовом зале детского интерната: улыбки, несмолкающие аплодисменты… Никто не хотел расходиться. Но пора было опускать занавес и прощаться с героями до следующих встреч, которые обязательно будут совсем скоро.

После спектакля режиссер и актеры собрались, чтобы обсудить представление. Все были довольны. Для Александра каждый спектакль — это и радость, и новые переживания. Ведь нужно собрать всех актеров вместе, а у них постоянно не хватает времени на репетиции. Поэтому Александру часто приходиться играть то за одного героя, то за другого. А еще учтите, что актеры не профессиональные. Конечно, возникает много сложностей, но ради детей можно все преодолеть.

Давно хотелось побеседовать с Александром. Мы встретились с ним субботним утром, на следующий день после спектакля. И как вы думаете, где? Конечно, в интернате перед началом его занятий с детьми…

Александр, расскажите, пожалуйста, как Вы пришли в интернат.

Моя супруга Людмила — актриса Театра кукол. Лет шесть назад Люда стала приезжать в Свято-Елисаветинский монастырь на богослужения. Сестры, когда узнали, что она актриса-кукольница, попросили ее помощи в постановке спектаклей для детей интерната. Людмила и меня звала, но я считал себя важным актером и думал, что такое занятие не для меня. Моя жена — человек настойчивый, мертвого поднимет, поэтому все-таки она меня уговорила.

Вначале мы с Людой показывали наши заготовки спектаклей. Они были в большинстве своем мирского содержания. Со временем я стал приходить на службы в монастырь, что, конечно же, отразилось на наших постановках: мы начали готовить представления к православным праздникам — Рождеству Христову, Пасхе, Покрову Божией Матери. Вначале это были традиционные истории праздников. Но нам хотелось показать что-то более оригинальное, живое. И мы с Людмилой стали придумывать новые сюжеты. Например, к одному Рождеству мы подготовили историю о четвертом волхве. Это сказка-притча о том, что кроме трех волхвов: Бальтазара, Каспара и Мельхиора, был еще и четвертый, который все время отставал и опаздывал.

Какими были Ваши впечатления от первых спектаклей?

Мне казалось, что это никому не надо, что между нами, актерами, и детьми — стена. Они шумели, их реакция совершенно отличалась от реакции «обычных» детей. Но постепенно я привык. И самое главное, мне кажется, что дети тоже привыкли ко мне и начали меняться.

Сейчас нужно искать новые формы работы с детьми из интерната. Под них нужно какие-то особенные проекты делать. Слава Богу, нам помогает замечательный человечек — Ольга, которая любит детей, занимается с ними и умеет их увлечь. Она находит контакт даже с самыми замкнутыми детьми.

Очень хорошо, что в интернат каждую неделю приходят монастырские сестры и что на территории есть храм в честь святителя Нектария Эгинского.

Расскажите о Ваших актерах?

В самом начале нашей деятельности в интернате, мы познакомились с замечательной компанией мальчиков, среди которых были Паша Волошин и Саша Ермовский. Когда мы репетировали спектакли, они приходили к нам, брали кукол и подыгрывали. Мы заметили их талант и пригласили играть в наших спектаклях. Сначала они исполняли какие-то эпизодические роли, а со временем взялись и за большие. Например, Паша Волошин, когда отсутствовали главные артисты — братья и сестры монастыря, мог всегда сыграть за кого-то. В конце концов, он наизусть знал весь спектакль и мог, наверное, его один сыграть…

А в прошлом году случилось грустное событие — наших лучших артистов перевели в интернат, который находится по ул. Семашко. Мы теперь реже с ними встречаемся. Нашему театру их очень не хватает. Остались только Света и Наташа.

Кто из братьев и сестер монастыря участвует в Ваших спектаклях?

Виктор Соботович, позже пришли послушница Ирина Гельман, Олег Коваленко, Людочка Шатер. Монахиня Марфа (Матвеева) — наш вдохновитель. Мы, шутя, называем ее нашим идеологом.

Среди православных людей много талантов. Неправда, что люди верующие — замкнутые и грустные, с потухшим и потупленным взглядом. Много людей ярких и артистичных.

Кто для Ваших спектаклей пишет сценарии?

Истории по-разному рождаются. Например, одна история появилась так. Когда мы приходили к детям, то часто слушали с ними детские песенки из разных мультфильмов. Они их запоминали и со временем с удовольствием стали подпевать. Родилась идея сюжетно соединить песни в музыкальную сказку «Мама для мамонтенка». В этой сказке мамонтенок искал свою маму и приходил к персонажам из других мультфильмов. Дети вместе с мультипликационными героями путешествовали из песни в песню, искали маму и в финале сказки, конечно, ее находили.

Последний наш Рождественский спектакль мы придумывали долго. Первый написанный вариант нам не понравился — изюминки не было. В интернете я случайно нашел сценарий, в котором история была показана глазами зверюшек, которые первыми встретили Рождение Христа: ослика, бычка, овечки. Мне показалось, что этот сценарий как раз написан хорошо, по-детски. Параллельно появилась другая мысль, что мы часто не понимаем значение праздника Рождества. Я работаю Дедом Морозом много лет и поздравляю детей чаще всего с Новым Годом. О Рождестве у людей, к сожалению, только общие представления. Большинство знает, что праздник связан с Церковью, но ничего более. И мы решили на примере конкретной семьи, где в Сочельник ссорятся мама с папой, показать истинное значение праздника.

Если честно, и я по молодости грешил тем, что не всегда хранил мир и понимание в семье накануне праздника. Раньше вообще как-то не отмечали Рождество. Но даже на Новый год покупка продуктов к праздничному столу, поиск елки, подарков — становились главным. А мир в семье уходил на второй план. Это ведь абсурд. Неправильно.

Как долго Вы репетируете?

Этот вопрос для меня один из самых болезненных. Спектакль с участием опытных актеров готовится три-четыре месяца. Репетировать при этом приходится практически каждый день. У нас же такой возможности нет. Мы собираемся не так часто, потому что у актеров серьезные послушания в монастыре. Премьеру Рождественского спектакля мы назначили, но, по сути, все вместе мы ни разу так и не репетировали. Я и за бычка, и за овцу играл, за всех. Потому что либо одного актера не было, либо другого.

Когда я впервые окунулся в среду нашего театра и вообще монастыря, то для меня все было непривычно. Я долго не мог смириться с неорганизованностью. Может это и плохо, но я человек педантичный. Мне хочется, чтобы все было точно. Поэтому переживал, когда проходил безрезультатно месяц, второй, третий, а надо было показывать спектакль. Матушка Марфа, артисты, наоборот, были спокойными и одухотворенными. Однако всегда все проходило хорошо. Я со временем понял, что мы предполагаем, а Господь располагает и все устраивает.

Какой спектакль Вам больше всего запомнился?

Для меня наш театр — это самодеятельность. Хочется сделать что-то более серьезное, качественное. Однажды мы дерзнули поставить такой спектакль.

На сестрических собраниях монахиня Руфина (Филлипович) часто рассказывает притчи. Я заметил, что их очень внимательно слушают сестры. В сюжете притчи есть мудрость. Кроме того, он глубок по смыслу, в нем есть интрига, драматургия. По структуре притча изначально похожа на маленький спектакль. Я подумал, что это готовая форма, которую достаточно перенести в теневой театр, потому что язык теневого театра условный, поэтический. Он сочетается с притчевым языком. Если мы вспомним, то, в общем-то, все Евангелие большей частью тоже построено на притчах, которые Спаситель рассказывал Своим ученикам и таким образом их учил.

По сути, у нас получилась притча для взрослых, но мы показывали ее и в детском интернате. Вообще моя позиция такова, что люди, работающие для детей в православном ключе, часто грешат «сюсюканьем» со своей аудиторией. Вот плохое, вот хорошее. Вот черное, а вот белое. Мир ребенка более глубок, чем тот мир, который им рисуют взрослые. И не случайно Спаситель разговаривал с человечеством притчами. Он ждал соучастия, сотворчества от тех, кому Он рассказывает.

Спектакль показывали на большой сцене взрослого интерната, куда пригласили отца Андрея Лемешонка и сестер. Этот спектакль уже можно назвать профессиональной постановкой. Для меня он был ступенькой, на которую вновь хотелось бы подняться. Потому что после этого спектакля мы опять вернулись к более простым формам.

Ваши планы…

В монастыре планируется построить воскресную школу, центр православный культуры. При воскресной школе мы хотим открыть кукольный и театральный кружки. Конечно, они должны отличаться от тех кружков, которых так много в городе. Мы постараемся стать островком в море сегодняшнего культурного хаоса и безвкусицы. Хочется все-таки говорить детям о более высоком и прекрасном.

Вам тяжело с детьми заниматься или все-таки в радость?

В радость (улыбается). Тяжелее со взрослыми артистами, которые не приходят на репетиции.

Вы учите детей актерскому мастерству, а чему они учат Вас?

По природе я человек вспыльчивый, эмоциональный. Поэтому они учат меня терпению. Я согласен со словами отца Андрея, которые он повторял не единожды, что не столько мы им нужны, сколько они нам. Такое удовольствие приходить к ним, когда они тебя с любовью обнимают! Мне сейчас даже стыдно за то, каким я раньше был. Я очень скучаю по тем детям, которых перевели в интернат на Семашко, потому что сильно привязался к ним сердцем. Мы с Людой навещаем их, но не так часто, как хотелось бы. Вспоминаются слова Антуана де Сент-Экзюпери из «Маленького Принца»: «Ты в ответе за тех, кого приручил».

Беседовала Ирина Чульцова

источник

Назад к списку

(43)